Глава 1 — История любви с соседкой — 1 (1)

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и события являются вымыслом автора. Все персонажи — совершеннолетние (18 лет и старше).

---

Меня зовут Даниэл Пак. Мне 38. Я был женат, потом жил в партнёрстве с другом, но он предал меня, и в итоге мой дом рухнул. Я развёлся и теперь живу один в однокомнатной квартире в небольшом жилом комплексе.

В день переезда я встретил соседку из квартиры 103. Я подумал, что теперь мы будем часто видеться, и приветливо поздоровался.

Ей 33. Позже я узнал, что у неё двое детей — мальчик и девочка, ходят в детский сад. Она разведена, живёт одна с детьми.

До женитьбы я жил с родителями, так что почти не имел опыта самостоятельной жизни. А теперь, когда остался совсем один, без ничего, передо мной расстилалась пустота.

Я не понимал, с чего начать. Как платить за электричество, куда выбрасывать мусор, как быть с пищевыми отходами — вообще ни малейшего представления.

Мне было тяжело и мрачно. Я просто существовал, будто в тумане. Но однажды понял: так я умру. Надо начинать сначала. Постепенно, шаг за шагом.

Я пошёл в ближайший супермаркет, купил мусорные пакеты, продукты, начал готовить себе еду.

Но возникла проблема — как быть с пищевыми отходами? Понятия не имел.

Раньше я жил в квартире, и мусор выносила жена. Было общее место для сбора, а я и близко к этому не подходил.

Я стал наблюдать за соседями. Заметил: они кладут пищевые отходы в небольшие пластиковые контейнеры, ставят их у двери, а на следующий день забирают уже пустые.

Интересно. А откуда у них эти контейнеры? Может, они входят в комплект квартиры? Я начал искать у себя — нигде не было.

Пришлось идти к соседке. Я нажал на звонок в 103-й.

Через некоторое время она открыла. Выглядела она лучше, чем в день моего переезда. Не красавица, но черты лица — с характером, даже притягательные.

Она улыбнулась и доброжелательно объяснила: контейнеры для пищевых отходов продаются в супермаркете, в магазине посуды, на рынке, даже в Daiso.

А ещё сказала, что по понедельникам, средам и пятницам утром их забирают, так что нужно выставлять вечером накануне. Как я был благодарен!

Сразу пошёл, купил контейнер, и в воскресенье вечером поставил его снаружи, рядом с чужими.

Мой был розовым — даже красивым. Утром пошёл забрать — эй?! Что за дела? Внутри всё ещё лежал мусор. Никуда не делся.

Я посмотрел на контейнеры соседей — у всех пусто, крышки перевёрнуты.

Почему мой не забрали? Что не так с содержимым? Я вернулся домой, открыл крышку, стал разбираться.

Может, слишком много жидкости? Я вылил сок из остатков, вытащил всё содержимое и вручную, по кусочкам, отжимал в раковине, стараясь убрать как можно больше влаги.

В итоге мусор стал почти сухим, и его объём заметно уменьшился.

Ага, понятно. Вот как надо.

Во вторник вечером снова выставил контейнер. Утром — снова? Опять не забрали? Только мой?

Разозлился. Раздражение нарастало. Я позвонил в районную администрацию, чтобы пожаловаться. Но получил по рукам.

Оказалось, что на контейнер нужно наклеивать специальную наклейку — платную. Я почувствовал, как лицо заливается стыдом.

Сразу побежал в магазин, купил наклейку на три литра, в четверг вечером снова выставил контейнер.

Утром — сердце колотится, боюсь посмотреть. Но — отлично! Пусто. Крышка перевёрнута. Успех!!! Ха-ха-ха!

Какое чувство! Наверное, так же радуешься, если прошёл на государственную службу.

Так жизнь в этом комплексе пошла своим чередом. Но однажды я увидел у входа мебель — просто брошенную.

Что это? Кто-то переезжает? Я открыл дверь и вошёл. А соседка из 103-й стояла у своей двери, ждала автобус для детей.

Я радостно сказал:
— Здравствуйте!

Но она даже не посмотрела на меня. Просто кивнула, глядя куда-то вдаль, будто не здесь.

—…Да…

Выглядела бледной. Раньше она всегда улыбалась, смотрела в глаза. Что случилось? Болеет?

Я спросил:
— У вас всё в порядке? Вы как-то плохо выглядите.

Она вдруг медленно, почти незаметно, стала плакать. Я растерялся. Взрослая женщина, да ещё перед незнакомцем — плачет?

— Что случилось? Вам плохо?

Смотрел на неё с тревогой.

— Нет… Простите…

Простите? За что? Я почувствовал, что ей неловко. Решил не стоять, а ушёл к себе.

Мне было невыносимо любопытно. Что произошло? Стоило бы остаться, поговорить… Теперь жалею.

Я не могу терпеть неизвестность. Надо снова с ней увидеться. Но как? Уже не о чём спрашивать.

Вспомнил: её мужа я давно не видел. Машины тоже нет. Мы почти не общались — только кивали при встрече. Лица его почти не помню.

Что случилось? Почему она так грустит?

Нет, я не выдержу. Если не узнаю сегодня — не усну.

Я пошёл в «Paris Baguette» и купил торт. Решил отнести детям. Под предлогом угощения — понять, что происходит. Хоть атмосферу почувствовать.

(Да, я вмешиваюсь не в своё дело. Ха-ха. Наверное, поэтому и попал в беду с другом. Хех.)

Купил торт, но сначала разрезал пополам. Не потому что хотел сам съесть — просто если принести целый торт, это выглядит странно.

У них же не день рождения. И вообще — кто я такой, чтобы дарить торт?

Лучше сделать вид, что купил, не смог съесть сам, и решил поделиться с детьми. Так естественнее.

С половиной торта в коробке я нажал на звонок в 103-й.

Готов был мгновенно оценить обстановку — заглянуть внутрь, понять, что происходит.

Но ответа не было. Свет горел, но тишина. Я нажал снова — сильнее.

Прошло много времени. Наконец, она открыла. Видимо, проверила, кто я. За ней выбежала младшая дочка.

Кажется, только проснулась. Нет, не спала — просто лежала с детьми, убаюкивая их.

Глаза у неё опухли, будто плакала. Были и признаки покраснения — будто долго сдерживала слёзы.

Она передала девочке коробку с тортом и сказала:
— Иди внутрь.

Закрыла дверь и вышла ко мне наружу, остановившись прямо передо мной.

— Простите меня за утро.

— Да нет, это я должен извиниться. Вёл себя бестактно, не зная вашей ситуации.

Она посмотрела на мою дверь и спросила:
— У вас… кто-нибудь есть дома?

— У меня? Нет. А что?

Я растерялся. О чём она?

— Хотела кое-что спросить…

— Ваш муж?

—…Нет… Его нет.

— А… Понятно. Заходите.