Глава 1 — Воспоминания с женщиной-разведенкой

Наша встреча становилась всё чаще.

Я работал в Ульсане, но из-за того, что мы с женой жили порознь, времени у меня было много. Стоило мне выйти с работы — и я сразу же ехал в Кёнджу. Это стало моим повседневным ритуалом.

Вчера мы вместе поужинали, посмотрели фильм, словно заново переживая волнение юности.

Секс с ней в караоке потряс меня до глубины души.

Она сама, с лёгкой улыбкой, будто оправдываясь, сказала: «Не знаю, как это со мной случилось… Я ведь не такая».

На самом деле она была чистой, искренней. Возможно, её поступок был вызван протестом против мужа?

Она открыто задавала вопросы о сексе, рассказывала, как чувствовала себя с мужем, честно описывая свои ощущения.

— Дорогой… Я, наверное, странная женщина…

Только не говори, что я плохая…

Раньше, когда занималась сексом, от мужа оставались лишь запах алкоголя и боль…

А в тот день… почему у меня так сильно текло?.. Неужели я… шлюха?

Её вопрос звучал наивно и одновременно жалобно.

Я тоже не мастер любовного искусства. У меня есть друг, который семь раз занимался сексом за одну ночь, а я… совсем не уверен в себе.

— Всё нормально… Мне тоже так бывает.

У меня есть семья, я люблю жену и детей, но порой не могу справиться с желанием…

Но я не хочу, чтобы между нами был просто секс.

Мне хочется чувствовать к тебе то, что двадцатилетний парень испытывает к своей девушке.

Если ты согласишься, я хотел бы учиться с тобой, наслаждаться этим вместе…

— Ты такой прямолинейный… А может, ты уже так соблазнил кого-то ещё?

— Ой, да ладно! Моя философия — честность. От этого только выигрываешь.

— Знаешь, как я тогда возбудилась? Чуть не умерла… Прямо обезумела…

Ей было чуть за двадцать, но в ней чувствовалась зрелость тридцатилетней женщины.

По внешности она казалась слишком хорошей для меня. Я даже сомневался: достоин ли я такой?

Но разве кто-то станет спорить с тем, чей труд вырос на поле?

Её фигура была прекрасна.

Я не люблю типичных красавцев — предпочитаю более пышные формы. А в ней чувствовалась какая-то густая, плотная чувственность.

Большая грудь, упругие бёдра, страстные вскрики во время секса, её обильные выделения… Даже сейчас, пиша эти строки, моя рука тянется вниз…

— Дорогой! Сегодня дождь, что делать?

— Ха-ха! Обычно дождь угнетает меня, но сегодня… Лучше всего лечь в комнате, похлопывать по попке любимой и смотреть, как льёт дождь.

— Ты опять о своём…

— Ха-ха! Нравится. Первобытные инстинкты.

Вместо того чтобы смотреть дождь, мы решили просто слушать его — и поехали кататься за пределы Кёнджу.

Была тёмная ночь, шёл дождь, дороги были плохими. Но разве легко найти возможность покататься с женщиной в такую погоду?

Мы выехали из Кёнджу, направляясь вдоль побережья, к Гампо — маленькому городку у моря.

Извилистая двухполосная дорога была немного опасной, но машин почти не было, и нам не нужно было торопиться. Я медленно вёл машину, слушая, как капли барабанят по крыше.

Иногда свет фар встречных автомобилей раздражал, но она, погружённая в свои мысли, тихо сидела с закрытыми глазами.

Слушает ли она дождь? Или ждёт острых ощущений с посторонним мужчиной?

— Ну как? Атмосфера хорошая? Темно, ничего не видно, и только дождь стучит по крыше…

— Дорогой… Всё кажется таким спокойным… Будто все тревоги исчезают в этом дожде…

Она явно растворилась в настроении.

Я тоже, но почему у мужчин настроение всегда переходит в возбуждение?

Я слегка повернул голову и посмотрел на неё. Она будто чего-то ждала с нетерпением.

Воздух в салоне вдруг наполнился женским феромоном, будто приглашением.

Я припарковался у обочины и посмотрел на неё. Она всё ещё сидела с закрытыми глазами, откинувшись на спинку сиденья, будто ожидая чего-то.

Я расстегнул ремень, повернулся к ней — и почувствовал лёгкий аромат её духов.

Дыхание её стало глубже, грудь приподнялась, губы слегка приоткрылись, и из них вырвалось тёплое дыхание. Её почти неслышный стон сводил меня с ума.

— У-у… мм…

Мой член мгновенно стал твёрдым, на кончике выступила влага. Я бездумно хотел броситься на неё и взять её прямо здесь.

— Фу-ух… У-у…

Я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, и прижался своим ртом к её губам.

От дождя ли — не знаю, но её губы были чуть прохладными. Я нежно, почти невесомо, прикусил нижнюю губу, будто пробуя её вкус.

— Мм… А…

Из её губ вырвался лёгкий вздох. Я ощутил вкус её помады во рту.

Кончиком языка я провёл по её сомкнутым губам, затем с усилием провёл по всей поверхности, словно лаская.

Вдруг она не выдержала — обвила руками мою шею и впихнула свой язык мне в рот.

Её язык исследовал каждый уголок моего рта. Я ответил, встречая его своим. Наши слюны смешались, губы слились, мы сосали их, не чувствуя боли.

Левой рукой я уже массировал её пышную грудь, но положение было неудобным, шея начала болеть.

Член, зажатый в трусах, ныл от боли. Я прервал долгой поцелуй, желая продолжить в более удобной позе.

Она разочарованно прошептала:

— Дорогой… Почему?

— Хочу лучше настроиться… А снаружи так сильно льёт — страшно, ха-ха…

Я сказал это в шутку, но она недоумевала, почему я остановился.

В моём сердце зрело желание — осуществить то, о чём я раньше только читал в книгах.

Обмануть эту наивную разведённую женщину, сказать, что это нормально, и выпустить скрытые, давно подавленные желания.

Представление о том, как она, сидя рядом, берёт мой член в рот, пока я веду машину, вызывало мурашки по всему телу.

— Ладно… Поехали дальше. Ого, дождь всё ещё не прекращается…

— Пусть льёт! Пусть льёт!

После одиннадцати вечера машины почти исчезли — все прятались от дождя.

— Ах… Со мной происходит такое…

Я включил CD, чтобы усилить атмосферу.

Зазвучала The Water is Wide Калара Бонова — тихая, нежная мелодия.

Она расслабленно откинулась, слушая музыку.

После поцелуя мне уже не было стыдно. Я положил руку на её бедро и начал нежно гладить мягкую кожу.

Немного рискованно, но правой рукой я стал ласкать её колени и бёдра. Из её губ потекли стоны.

Так продолжалось минут три. Я слегка приподнял её юбку.

Продвинув руку чуть глубже, почувствовал край её трусиков. Когда я провёл пальцами по лобку, рука стала влажной.

Чуть влажно, липко — ощущение передалось через пальцы.

Как её бывший муж мог её отпустить? Хотелось послать ему проклятия.

Но, как говорится, «в чужом глазу соринка, в своём — бревно». В какой-то момент я даже хотел поблагодарить его.

— А… Дорогой… Мне как-то странно… Не надо… Веди машину, это опасно… Да?

Я хотел сжать её грудь, пососать. Хотел лизать её всё тело, как собака, издавая хлюпающие звуки.

Я хотел зарыться лицом в её киску, просунуть язык глубоко внутрь.

Она пока не была активной. Наверное, просто ещё не хотела показывать мне эту сторону себя.

Я взял её дрожащую левую руку и положил на свою набухшую кочергу.

— Потрогай… Я сейчас умру…

Её рука медленно начала ласкать мой член.

Я сказал, что больно, и попросил её расстегнуть ремень, осторожно снять брюки.

Ремень зацепился за колени, остались только трусы. Ниже пояса мне стало не просто прохладно — холодно.

— Дорогой… А если кто-то увидит?

— Ничего. В такую ночь никто не смотрит. А внутри машины из-за фар вообще ничего не видно.

Она, всё больше возбуждаясь, стала ласкать меня энергичнее, сжав руки в кольцо и двигая ими вперёд-назад.

— Мм… А…

Мне хотелось видеть, как она это делает, поэтому я включил салонный свет.

Я увидел её руку, ласкающую мой покрасневший член.

Маленькие белые пальцы, движущиеся вперёд-назад, выглядели чертовски сексуально.

Трусы не были сняты полностью — мой член выглянул из них, и теперь она держала его в руке, блестящем от влаги, под светом лампы.

— Дорогой… Выключи свет…

Я выключил свет, наслаждаясь её мастурбацией, но очень хотел увидеть, как она сосёт мой член.

— Пожалуйста… Поцелуй… Я умру…

— Как…?

— Что «как»? Ты же уже всё видела…

— Поцелуй… Я тоже хочу тебя ласкать… Быстрее…

— Но…

Мы долго препирались, но вдруг она, возбуждённая, посмотрела на меня и, наклонив голову, прижалась к моей промежности.

Я почувствовал влагу на стоящем члене.

Она расстегнула ремень, отодвинулась назад, приняла позу и обхватила губами головку.

— У-у… Хм…

Она обхватила головку губами, потом втянула член в рот до самого конца.

Губы двигались вперёд-назад, как будто имитируя член, затем она вынула его и кончиком языка коснулась щели на головке, откуда сочилась влага.

Она ласкала только головку, облизывая её, щекоча кончик языком.

— У-у… А…

Я вёл машину, но был совершенно не в себе. Во мне поднималось желание просто взять любую женщину и трахнуть.

— А… Я чуть не умер… Ты так хорошо умеешь.

Она смутилась от моих слов, на лице появилось замешательство.

— Дорогой… Не смейся… На самом деле…

— Что?

— Я почти не получала ласк от мужа… Когда наши отношения охладели, я часто оставалась одна… И иногда начинала думать о мужчинах…

Когда сидела одна, смотрела порно — и становилось странно… Рука сама тянулась вниз… Так я впервые занялась онанизмом.

Раньше думала, что это плохо… Но поняла: я тоже женщина, ничего не могу с собой поделать…

Я и не знала, что из моего тела может выделяться столько жидкости…

Когда смотрела порно, мне хотелось сосать такие большие члены… Каждый уголок…

Я никогда не считала себя развратной… Но, может, моё тело — другое? Внутри меня будто живёт ещё одна я…

— Не думай так.

Я тоже такой. Везде мне говорят, что я хороший человек. Но это совсем другое дело… Скрытая часть меня…

До встречи с тобой я тоже звонил в телефонные клубы, занимался онанизмом… Расскажи кому-нибудь такое — сочтут сумасшедшим.

Вскоре я снова положил её руку на мой член, и она начала ласкать его.

Она обхватывала головку, пальцем раздвигала щель, проводила всей ладонью по яичкам, поглаживая их.

Я хотел ласкать всё её тело. Хотел обладать ею не в караоке, а в постели. Желание — пройтись языком от пальцев ног до макушки — было почти болезненным.

Подъехав к мотелю, я оплатил номер и, играя, обняв её, вошёл в комнату.

Зайдя внутрь, я был поражён. Говорили, что у моря много любовных отелей, но я не ожидал такого.

Вид на море… Свет от далёких кораблей… Номер был не хуже дорогого отеля.

Между ванной и комнатой — прозрачное стекло, через которое можно видеть всё. На потолке — зеркало, отражающее каждое движение во время секса.

Я обнял её сзади, не снимая одежды, и мы смотрели на море. При этом мой член был твёрдым и упирался в её бёдра.

Глядя на море, я целовал её в шею, кусал мочку уха.

Левой рукой гладил грудь, правой — водил по киске.

Приподняв юбку, я стал водить рукой по трусикам — как и раньше, чувствуя влагу.

Один палец скользнул в долину Венеры — и будто утонул в потоке.

Я ощутил жёсткость лобковых волос, затем просунул палец под трусики — и почувствовал, как её смазка стекает по пальцу.

Её киска была так возбуждена, что даже стоя палец входил внутрь.

Снимая верхнюю одежду, я увидел лямочки бюстгальтера. Я стал лизать её спину и бока.

Кусал зубами мягкие участки, проводил кончиком языка вдоль позвоночника.

Опускаясь ниже, я увидел её юбку и, срывая её, прикусил пышные ягодицы поверх трусиков.

Моя слюна пропитала ткань. Я быстро водил руками по спине и бёдрам.

— Мм… Дорогой… А… Хватит…

Юбка соскользнула к её ногам. Я любовался ею — стоящей в одних трусиках — и, обхватив бёдра, стал ласкать внутреннюю сторону ног сзади.

Её ноги медленно раздвигались, я просунул голову между ними, но для полноценной ласки этого было мало.

Я увидел, как по её ляжкам стекает смазка. Она не выдержала — вытянула руки и оперлась о стекло.

Её слегка согнутое тело давало мне больше свободы.

Я схватил её ноги и раздвинул шире, чтобы ягодицы оттопырились назад.

Я не видел полностью её анус, но прижался лицом и начал сосать.

Когда я лизал снизу, волосы шевелились; когда лизал сверху — буквально втягивал ягодицы в рот.

— Дорогой… Не надо… Не хочу… Давай помоемся… Да… Хватит…

— А… А… Хорошо… Хочу всё высосать… Чпок… Чпок…

Как только она вошла в ванную, она включила душ и начала лизать всё моё тело. Словно голодная, она сосала мочку уха, просовывала язык внутрь.

Она безумно щекотала мою шею, сосала соски, постепенно опускаясь, пока не опустилась на колени, обхватила руками мои бёдра и стала сосать член.

Я поднял её, и она намылила руки, начав мыть меня.

Она намылила и своё тело, и, как массажистка, терлась упругой грудью с торчащими сосками о мою грудь.

Одной рукой она держала мой стоящий член, двигая вперёд-назад, другой — просовывала его между грудями и качала.

Мягкость мыльной пены сводила меня с ума.

— У-у… Подожди… Я схожу с ума…

Я почувствовал, что сейчас кончу, поэтому поднял её, опустился на колени и поставил одну её ногу на борт ванны.

Левой рукой сжал грудь, поглаживая сосок, правой — крепко сжал ягодицу.

Повернув голову, я посмотрел снизу вверх на её киску.

Густые волосы, раскрытая раковина, между которой мелькала её внутренность.

Промежность словно просила ласки, анус выглядел так красиво.

Я стал рассматривать её киску, высунул язык. Сначала слегка коснулся кончиком промежности, пощекотал, затем провёл языком целиком.

Потом прижал нос к её киске, кусал зубами ягодицы и стал лизать анус. Из её рта хлынули стоны.

— А, схожу с ума… А… А…

Нижняя часть её тела дрожала, и моё лицо тряслось вместе с ней. Я стал сосать анус, слегка прикусил мошонку.

Пальцем слегка раздвинул её киску и стал щекотать языком.

Она опускала ягодицы всё ближе к моему лицу, но я крепко держал их, не давая опуститься, и, свернув язык трубочкой, словно член, ввёл его внутрь её влагалища.

Затем крепче сжал ягодицы и начал двигать языком туда-сюда, словно трахая её языком.

— Дорогой… Хватит… А… А… Я схожу с ума… Сделай что-нибудь… Прошу… Войди… Прошу…

Вдруг её ноги обмякли, и я почувствовал, как что-то тёплое хлынуло на мой язык. Кажется, она кончила.

Я тоже почувствовал, как низ живота наполняется, будто готов взорваться.

Подожди… Подожди…

Ещё немного — и я кончу, только войдя в неё.

Я подхватил обессиленную её и понёс в комнату.

Весь её тело было мокрым, но вода, кажется, только усиливала мужское желание.

Она тяжело дышала, но я уложил её на кровать и занял позицию сзади, у самого края.

— Сделай сзади…

— Как?.. Нет… Стыдно…

— Быстрее…

Она встала на кровати в позу раком.

Её ноги слегка раздвинулись и выступили за край кровати. Я опустился на колени — и её анус оказался прямо перед моими глазами.

Я был так возбуждён, что просто схватил её ягодицы и впился губами в анус. Пахло мылом.

Я жадно, как голодный, стал сосать и лизать её анус.

— Чпок-чпок…

Она начала двигать ягодицами вперёд-назад, но чем больше она двигалась, тем сильнее я сосал.

Когда мой язык проник глубоко внутрь, она вскрикнула:

— А-а! Дорогой… Хватит… Я схожу с умом… Хватит…

Когда она обессиленно рухнула на кровать, я снова сжал её ягодицы, приподнял — и вместо ануса направил язык внутрь её киски.

Жидкость хлынула, окружая мой рот, но я сильнее надавил языком, просовывая кончик внутрь.

Я не выдержал. Встал, схватил член и вогнал его в её киску. Затем начал судорожно двигать бёдрами, крепко сжимая грудь руками.

Так продолжалось минут три… И вдруг — громкий хлопок, и моё семя хлынуло наружу.

В голове всё пошло белым — я ничего не видел.

Я вгонял его глубже, не жалея ни капли, а она судорожно сжимала киску.

— У-у… У-у… Кончаю… У-у…

Мы рухнули на кровать вместе, и я продолжал двигаться, пока член не выскользнул.

Она перевела дыхание — и вдруг схватила меня за плечо, развернулась и, как безумная, впихнула мой член в рот.

Её руки были скользкими от моей спермы, но она не обращала внимания, продолжая сосать.

— Ох… Кончил за три минуты… Я, что ли, кролик?

— Дорогой… Нет… Было хорошо… Очень хорошо…

Она будто училась сексу.

Её внутренние инстинкты, долгое время запертые, оживали.

Я наслаждался сексом с ней.

Неужели мне выпал такой шанс?

Она была настоящей богиней удачи…